Японский коктейльный бар — тишина, пробор, бокал за три минуты точной работы. Карты часто нет: говоришь, чего хочешь — кислое или нет, крепкое или нет, — и получаешь ответ. Лёд здесь режут вручную, фруктовые сезоны соблюдают строже, чем в ресторанах, а лишний бокал бармен может и не налить.
На девятом этаже у западного выхода Синдзюку травы для бара растут на семейном поле хозяина.
На Гиндзе — подвал, где придумали алмазную огранку ледяного кубика.
В Адзабу-Дзюбан — восемь мест у стойки и дегустация по сезону, без выбора.
И Lupin, 1928 год: стойка из ясеня и стулья, на которых сидели Дадзай и Сакагути. Московский мул здесь подают в медной кружке — закажи его на стуле Дадзая, если свободен.